mfrid (mfrid) wrote,
mfrid
mfrid

Чернейшие мысли Весты-Линнеи

Спасибо Тане Коноваловой и Наташе Гореловой за перевод немецкого текста. Тут я его слегка подредактировала, в частности, вернула соответствие имен оригиналу. За точность не ручаюсь, ибо перевод двойной плюс типаредактура.

Итак, Туве Аппельгрен и Салла Саволайнен, «Чернейшие мысли Весты-Линнеи».









Веста-Линнея с удовольствием играет со своей младшей сестрой Фрейей. Фрейя милая и согласна, чтобы Веста-Линнея была принцессой игрового домика.

Фрейя согласна изображать собаку принцессы. Несмотря на жаркое лето они обе тепло одеты. Их игра называется «Ледяная Страна».



— Я тоже хочу с вами, — просится Вендла.
— Нет уж. Вендла не умеет играть правильно, — говорит Веста-Линнея маме.

— Кроме того, принцесса только одна! — злобно кричит Веста-Линнея. — Поиграй с Паулем-Акселем! — При этом она знает, что ее старший брат не дома, а на занятиях по танцам.



— Разве не может Вендла быть кем-нибудь кроме принцессы? — спрашивает мама. — В большом замке наверняка живут и другие люди.
Вендла начинает выть как сирена:
— Я тоже хочу быть принцессой!
Мама не знает, что сказать.
— Когда Вендла с нами играет — это одни проблемы. Ты же слышишь, как она вопит, — говорит Веста-Линнея и чувствует, что со всеми этими разборками она расхотела играть.



— Я тогда вообще не буду играть, уж всяко не буду с Вендлой, — говорит Веста-Линнея и бежит на пляж. Теперь хнычет Фрейя. Вендла голосит еще громче. Мама затыкает уши.



Дурная Вендла и дурная мама. Всегда она на стороне малявок.
— Вот пробуешь тут по хорошему поиграть с сестрой, как другая тут же все портит, — громко рассуждает Веста-Линнея. Она чувствует себя уже почти взрослой, оттого что она так умно все продумала.

— Лучше я прямо сейчас поговорю с мамой, — думает Веста-Линнея.
Она оглядывается в поисках мамы.



У игрового домика она обнаруживает Вендлу и Фрейю.
Они играют в «Ледяную Страну».
А Фрейя изображает маленькую собачку Вендлы!
Ну это уж слишком! Веста-Линнея кипит от злости.

— Ты украла мои вещи! И мою игру! — кричит она, бросается к Вендле и срывает с нее вуаль. Вендла падает, но Весте-Линнее это безразлично.

— Это всё мне дала крестная. Все это только мое, и ты у меня даже ни разу не попросила!
— Что там случилось? — кричит мама из бани. Она тащит ведро воды. В сильном возмущении все трое бегут к ней.



— Стоп! — говорит мама. — Когда вы говорите все трое и при этом перебиваете друг друга, я не могу понять ни слова.
У Весты-Линнеи перехватывает дыхание. Конечно же, мама опять скажет, что Весте-Линнее как старшей сестре нужно проявлять больше ответственности, и всю эту ерунду.
Веста-Линнея опять идет на пляж.
— Но Веста-Линнея… — зовет ее мама.
Веста-Линнея уходит все дальше. Она и без того знает, что скажет мама.

Она слышит, как Вендла спрашивает:
— Почитаешь нам?
Ну конечно, думает Веста-Линнея, они получают все, что хотят. У нее в любом случае нет настроения на детские истори, ей нужен только покой.



Веста-Линнея забирается на свой камень в тростнике. Здесь она предается самым черным мыслям.
«Я бедняжка, я — типичный средний ребенок», — думает она. Бабушка всегда так говорит.

Веста-Линнея понимает, что это значит. Ей хуже всех. Паулю-Акселю, Вендле и Фрейе лучше. Всех троих любят гораздо больше, чем ее. И это — самая черная мысль Весты-Линнеи. Так должно быть. Мама любит остальных больше, чем ее. Пауль-Аксель — первый ребенок, а первый ребенок — это всегда что-то особенное, так мама сказала сама. И Вендла тоже первый ребенок, она первая у мамы и папы Виктора. А Фрейя — малышка, она самая маленькая и самая хорошенькая. Веста-Линнея начинает понимать, что для нее места в семье нет. Во всяком случае, его не много.
«Они никогда не будут тосковать по мне, если я умру, — думает она и чувствует, что на глаза наворачиваются слезы. — Они даже совсем не будут плакать на моих похоронах».



Несмотря на середину лета, внутри у Весты-Линнеи царит осень. Она воображает маленький белый гробик, украшенный прекрасными цветами. Бабушка, пожалуй, стала бы плакать, да, а Шнуффель точно завыл бы грустно у могилы. Дедушка тоже был бы там и родной папа Весты-Линнеи. Папа Виктор из-за такой ерунды наверняка бы не пошел. Паулю-Акселю, пожалуй, ее бы немного не хватало. Мама и малявки, естественно, были бы на похоронах, но на самом деле они бы не горевали, нет, они все почувствовали бы облегчение, в этом Веста-Линнея уверена.
А в красивом белом гробике среди мрачных надгробных камней на кладбище, под кленовым деревом, лежит она, холодная и одинокая, мертвая, как высушенная лягушка у пруда, твердая, как лисица, которую переехали на шоссе, и скоро она будет изъедена червями, как гнилое яблоко в книге сказок.



Катится большая слеза. Веста-Линнея рыдает. Ей ужасно грустно и одиноко. Мимо тростника идет Вендла.
— Мама нам сказку прочитала, — весело говорит она.
Весте-Линнее кажется, что Вендла издевается.
— Тебе обязательно всегда быть такой противной? — кричит она и высоко подпрыгивает.

— Я тебя ненавижу и всегда тебя ненавидела, — вопит Веста-Линнея так громко, что это разносится по всей бухте. Она в ярости, потому что Вендла не плакала возле могилы, пока Веста-Линнея была такой мертвой, что даже никогда не вернулась бы играть с ней. Вендла просто стояла там, разинув рот.
— Ты сама противная, — говорит Вендла. — Так все считают.
И она уходит.
Веста-Линнея бросает ей вслед еловую шишку. Но вместо Вендлы она попадает по Фрейе, которая идет следом. Фрейя начинает реветь. Сейчас, как всегда, придет мама и опять будет ругаться. Веста-Линнея больше не может этого слышать.



Веста-Линнея ждет, что мама придет ее ругать. Но мамы не видно. Веста-Линнея продолжает сидеть на камне и ждать. Никто не идет. Она слышит, что Пауль-Аксель вернулся с танцев, но он тоже не заглядыает к ней.
— Никто обо мне не заботится! — Веста-Линнея сотрясается от рыданий. — Я всегда одна.
Тростник шуршит.



Это мама
— Почему ты так злишься? — спрашивает она с любовью в голосе.
Веста-Линнея не хочет отвечать. Она быстро вытирает слезы.
— Посмотри на меня, я с тобой разговариваю, — просит мама.
«Никогда в жизни», — думает Веста-Линнея и продолжает пристально смотреть на воду.
— Почему ты так делаешь? — спрашивает мама. — От этого ведь никому никакой пользы. — Теперь ее голос звучит сердито.
Веста-Линнея поворачивается и кричит:
— Потому что я такая! Уходи!

Мамины глаза сверкают.
— Не порти нам отпуск — шипит она, как дикая норка.
Тростник шуршит, пока она идет.



В воздухе разносится вкусный запах. У Весты-Линнеи урчит в животе. Ясно, что они готовят еду на решетке именно сегодня. Пахнет соблазнительно. Однако Веста-Линнея не идет к остальным. Все равно они не замечают, что ее нет.
Шур-шур, шур-шур.
— Ты все еще хочешь злиться? — спрашивает Пауль-Аксель.
Веста-Линнея не отвечает.
— Вот! — Он протягивает ей через тростник поджаренную куриную ножку.

— Или тебе грустно? — продолжает он.
Веста-Линнея смотрит перед собой.
— Мы хотим поиграть в крокет. Просто приходи, когда не будешь больше кислой, — говорит он и опять исчезает.
Веста-Линнея жует и размышляет. Она слышит звук крокетных молотков. Кислая. Злая. Грустная? Она считала, что она злилась. Но, пожалуй, ей скорее грустно. У нее есть идея.



Веста-Линнея побежала к игровому домику. Она знает, во что они могут играть все вместе! Она напевает, пока готовится к игре.



— Теперь можете заходить!
Все как раз закончили играть в крокет. Они с любопытством идут за Вестой-Линнеей в игровой домик. Веста-Линнея все хорошо приготовила. Остаток вечера они играли в похороны. Это очень печально, но так и надо, считает Веста-Линнея.



Когда все уже пошли в постель, мама идет в комнату Весты-Линнеи.
— Ты спишь?
Веста-Линнея садится.
— Пойдем, — шепчет мама, и они идут на пляж.
Еще почти светло. Над бухтой летают летучие мыши. У мамы с собой купальный халат. Для вечернего купания. Только мама и она — Веста-Линнея улыбается маме. Веста-Линнея счастлива.





(Кросспост с http://mfrid.dreamwidth.org/298130.html)
Tags: детско-культурное, книги, скан
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments